Моя основная задача — рассказывать о современном искусстве, искусстве настоящего времени. Буквально, переводить с среднехудожественного языка на общечеловеческий.
Дарья Чуприкова
Искусствовед, автор статей, лектор
«Авосевы города не горожены»
Ирина Ионина
АВОСЬ нареч. (а-во-се, а вот, сейчас; см. во) иногда с придачею частиц: ко, то, же, ну, вот, либо; может быть, станется, сбудется, с выражением желания или надежды. (В.Даль)
Ирина Ионина — междисциплинарный художник. В ее проектах сочетаются различные медиа: объект, инсталляция, предметы прикладного искусства, рисунок, включения текстуальных форм, ассамбляжи… Излюбленный творческий метод художницы — тотальная инсталляция.
«Авосевы города не горожены» — народная пословица, упомянутая, в числе прочих, в словаре Даля в толковании слова «авось». Выставка с одноименным названием задумана художницей как презентация проекта «Неонеорусский стиль». Ирина Ионина исследует разрушающиеся деревянные здания — дачи и усадьбы, построенные на рубеже XIX-XX вв. в неорусском стиле.
«Авосевы города не горожены» — народная пословица, упомянутая, в числе прочих, в словаре Даля в толковании слова «авось». Выставка с одноименным названием задумана художницей как презентация проекта «Неонеорусский стиль». Ирина Ионина исследует разрушающиеся деревянные здания — дачи и усадьбы, построенные на рубеже XIX-XX вв. в неорусском стиле.
Большинство из них находятся в законсервированном состоянии, фасады затянуты зеленой строительной сеткой. В первоначальном значении фасадная сетка — это тот материал, тот мостик, что должен логически привести к реставрации. Но! По целому ряду причин (высокая стоимость проекта реставрации, подбор материалов, проведение работ в порой труднодоступных районах) архитектурные объекты находятся в замедленном процессе перехода из бытия в небытие. Этому есть специальный термин — «консервация объекта».
Художница активно использует иронию как приём. На выставке «Авосевы города не горожены» зрителей первым делом встречает книга «Основные методы и принципы использования фасадной сетки, их анализ и классификация». На первый взгляд, серьезная вещь, призванная рассказать с научной точки зрения о концепции проекта. Однако, на поверку, текст оказывается псевдонаучной статьей, написанной самой Ириной Иониной и оформленной в лучших традициях арт-книги. В воображаемом мире статьи фасадная сетка выступает как неотъемлемая часть культуры и основное выразительное средство «неонеорусского стиля». Важно, что бумажная обложка книги изготовлена вручную из дерева дач и усадеб, исследуемых в проекте. Так, художница создает собственный миф, который органично дополняет проект.
Упоминая «авось» нельзя обойти вниманием такой предмет, как авоська. Традиционные сумки, сшитые из вездесущей зеленой сетки, Ирина Ионина использует как ироничную отсылку к главному слову выставки. Так, авоськи, наполненные деревом и трухой разрушающихся дач и усадеб соседствуют с этикетками, где даны все толкования «авось» из словаря.
Упоминая «авось» нельзя обойти вниманием такой предмет, как авоська. Традиционные сумки, сшитые из вездесущей зеленой сетки, Ирина Ионина использует как ироничную отсылку к главному слову выставки. Так, авоськи, наполненные деревом и трухой разрушающихся дач и усадеб соседствуют с этикетками, где даны все толкования «авось» из словаря.
Тему остановленного или замедленного времени поддерживают «бусины» из эпоксидной смолы с неожиданным материалом сердцевины. Издалека они выглядят как янтарь или поделочный камень, но вблизи оказывается, что каждая бусина — это кусочек дерева, запечатанный в эпоксидную смолу. Деревянные частички подобраны художницей в разных усадьбах и теперь пребывают в состоянии вечного сна… В этом торжестве вечности явно звучат фольклорные нотки: можно провести параллель с спящей царевной, ожидающей пробуждения от поцелуя прекрасного царевича (прикосновения руки реставратора).
Тема перехода и пограничных состояний раскрывается через центральный объект выставки — «Тот и умён, кто красно наряжен». В руках художницы фасадная сетка трансформировалась в платье и кокошник, богато убранные эпоксидными «бусинами» и белой оторочкой. Работа апеллирует к очень глубинным ассоциациям, связанным с старинным русским культурным кодом, с фольклором. Сказочная царевна, кажется, мгновение назад покинула пространство экспозиции, оставив костюм как напоминание о себе. Он словно стал отпечатком памяти о хозяйке…
Состояние особого трепета возникает при взгляде на инсталляцию «Консервация руин». Позади, на стене — список утраченных архитектурных объектов с датами постройки и разрушения, составленный Ириной Иониной. «Консервация руин» фактически, моделирует в ускоренном ритме, по сравнению с замедленным в реальности временем, процессы разрушения старинных дач и усадеб. Домик пребывает в состоянии изменений и руинирования пока длится выставка. Торжественность момента нивелирует «музейное» ограждение в ироничном прочтении Иониной: деревянные треноги, используемые на улицах для ограждения опасных участков и красный канат, натянутый так низко, что через него можно переступить.
Искусство имеет образную природу. Если задуматься, что такое — образ? Это слово имеет тот же корень, что и «выразительность». По выражению Ю.М. Лотмана, для произведения искусства необходимо сочетание двух обстоятельств: элемента новизны, неожиданности и элемента традиционности. Работы Ирины Иониной как раз проявляют оба свойства: традиционный русский стиль, преломляясь через призму современности, становится «неонеорусским».